Skip to content
Lyric
Dive
Public playlists
My playlists
Search
Sign in
Сто лет одиночества
Pfctlord
Popularity · Low
+
🇷🇺 Russian · Original
0
0
YouTube
Searching YouTube...
Lyrics
Original
Translation
Bilingual
Мне часто снится один и тот же сон
Где море выходит из берегов
Где я затоплен, где я задушен вместе с тобой
Предсмертный хрип заменяет прибой
Руки так и лезут в петлю
Кудри вновь ласкает ветер
Кудри вновь ласкают ветви
Год прошел и не заметил
Как земля сожрала, и лишь птица-соловей
Передаст мне привет на другой стороне
Вот вся моя правда
Боль — моя бравада
Мне много не надо
Дом и море рядом
Холода слова вновь прозвучали как пророчество
И вместо яркой жизни выбрал сто лет одиночества
Вот вся моя правда
Боль — моя бравада
Мне много не надо
Дом и море рядом
Холода слова вновь прозвучали как пророчество
И вместо яркой жизни выбрал сто лет одиночества
Ночь — прикоснись к губам
На утро пойми, что эта жизнь тебе не нужна
Закрой все двери, запри все замки
Закрой все окна и заколоти
Не совершай ошибку, ведь руки в крови
Не совершай ошибку — останься один (Останься)
Руки так и лезут в петлю
Кудри вновь ласкает ветер
Кудри вновь ласкают ветви
Год прошел и не заметил
Как земля сожрала, и лишь птица-соловей
Передаст мне привет на другой стороне
Вот вся моя правда
Боль — моя бравада
Мне много не надо
Дом и море рядом
Холода слова вновь прозвучали как пророчество
И вместо яркой жизни выбрал сто лет одиночества
Вот вся моя правда
Боль — моя бравада
Мне много не надо
Дом и море рядом
Холода слова вновь прозвучали как пророчество
И вместо яркой жизни выбрал сто лет одиночества
Вот вся-вся правда
Вот вся-вся правда
Мне много не надо
Мне много не надо
Вот вся-вся правда
Вот вся-вся правда
Мне много не надо
Мне много не надо
Вот вся моя правда
Боль — моя бравада
Мне много не надо
Дом и море рядом
Холода слова вновь прозвучали как пророчество
И вместо яркой жизни выбрал сто лет одиночества
Вот вся моя правда
Боль — моя бравада
Мне много не надо
Дом и море рядом
Холода слова вновь прозвучали как пророчество
И вместо яркой жизни выбрал сто лет одиночества